На полпути к могиле - Страница 53


К оглавлению

53

— В самом деле, ты нарисовал соблазнительную картину, приятель. Только среди парней Хеннесси есть такие, с кем у нас нет большой любви, так что скажи-ка мне — кто еще едет на вашем денежном поезде? Парень не станет меня терпеть, если я оттрахал его жену или высушил братца, верно?

Улыбку словно стерло с лица Чарли, речь утратила южную мягкость.

— Пошел ты…

При этих словах Кости поднялся с уютной кушетки.

— Верно. — Его голос тоже стал жестким. — Так и знал, что ты в конце концов сообразишь. Ну все равно спасибо, приятель. Кое в чем ты все же помог. Говоришь, вас всего два десятка? Меньше, чем я думал, и я уже догадываюсь, кто могут быть остальные.

Облегчение навалилось на меня с такой силой, что подогнулись коленки. О господи, я на минуту и впрямь поверила, что он предатель. Думала, что связалась с самым мерзким из подонков.

— Котенок, я больше никого не чувствую, но на всякий случай осмотри здание. Если придется, выламывай двери, но удостоверься, что больше здесь никого.

Я указала на неподвижную девушку:

— А она?

— Продержится еще немножко.

— Если ты меня убьешь, тебе не только с Хеннесси придется иметь дело, — прошипел Чарли. — Пожалеешь, что тебя мать родила. У него есть друзья, и так высоко, что тебе до них не дотянуться.

Я вышла, но, вламываясь в соседнюю квартиру, услышала ответ Кости:

— Кажется, Хеннесси и его друзьям не нужны те, кто имел глупость дать мне себя замочить? Твои слова, приятель. Догадываюсь, что ты о них жалеешь.

Быстрый осмотр дома ничего не дал. Четыре квартиры пустовали. Я и подозревала, что здание было всего лишь «крышей». Покойник Дин и потенциальный покойник Чарли занимали только одну квартиру. Но, на посторонний взгляд, это был типичный дом с квартирами внаем. Хотелось бы однажды посмотреть на что-нибудь действительно «типичное». До сих пор мне такого не попадалось.

Когда я через десять минут вернулась обратно, девушка так и лежала на полу, зато Кости с Чарли исчезли.

— Кости?

— Я здесь, — отозвался он из дальней комнаты.

Из комнаты Дина. Я уже не осторожничала, как в первый раз, но и беззаботно войти в дверь не могла. Да, я такая, недоверчивая.

От представившегося мне зрелища глаза у меня полезли на лоб. Кости уложил Чарли в кровать. Не на кровать, а в кровать. Металлическая рама была обернута вокруг него и закручена четырьмя узлами. Серебряный нож так и торчал у него в груди, заклиненный согнутой планкой.

Под ногами, у Кости стояли три банки. По запаху даже я сразу определила, что в них.

— Теперь, приятель, я сделаю тебе предложение. Повторяю один раз. Назови мне остальных игроков, и ты уйдешь быстро и чисто. Отказываешься — и… — Он поднял банку и вылил ее содержимое на Чарли. Жидкость впиталась в его одежду, и воздух наполнился резким запахом бензина. — Проживешь, пока это тебя не убьет.

— Где ты взял? — зачем-то спросила я.

— На кухне под раковиной. Так и думал, что они держат под рукой что-нибудь в этом роде. Не могут же они просто выехать и оставить после себя улики для судебной экспертизы.

Мне это и в голову не приходило. Похоже, я только и делала, что отставала да промахивалась. Чарли с леденящей ненавистью уставился на Кости:

— Скажу, когда встретимся в аду, а долго ждать не придется.

Кости чиркнул спичкой и уронил на него. Мгновенно взметнулось пламя. Чарли завопил, забился, но рама держала крепко. Или огонь быстро истощил его силы.

— Ответ неверный, приятель. Я никогда не блефую. Пошли, Котенок. Уходим.

14

Мы задержались ровно настолько, чтобы удостовериться, что Чарли не выбрался. Кости разлил бензин и в квартирах верхнего этажа, которые тоже полыхнули в небо. Девушка так и не заговорила, и глаза у нее, когда я выносила ее из дома, оставались пустыми.

Кости дал ей несколько капель своей крови. Сказал, что они помогут ей продержаться, пока мы доставим ее в надежное место. У нас хватало причин не околачиваться поблизости. Пожарная команда наверняка уже выехала, и полиция тоже. Да и «гориллы» Хеннесси скоро узнают, что одна из их резиденций превратилась в факел вместе с его людьми.

Кости удивил меня, направившись к машине Чарли и откинув багажник.

— Скоро вернусь, — шепнула я девушке и оставила ее на заднем сиденье.

Она меня не услышала.

Я с любопытством обошла машину Чарли. Кости склонился над багажником. Выпрямился он, держа на руках человека. Я задохнулась:

— Что за черт?

Голова мужчины откинулась, и я, увидев лицо, со свистом втянула воздух. Приставала из бара!

Я не слышала сердцебиения и все-таки не могла не спросить:

— Он?…

— Мертвее Цезаря, — отозвался Кости. — Чарли вывел его черным ходом и сломал позвоночник. Он мог бы и меня учуять, да не обратил внимания. Я как раз там и прятался.

— И не попытался ему помешать?

Это прорвалось из меня чувство вины за смерть этого человека. Я ведь тоже не пыталась его остановить. Наверное, оттого и говорила так резко.

Кости уставил на меня немигающий взгляд:

— Нет, не пытался.

Я словно лбом на стену налетела. Строго говоря, мы были победителями, только победа что-то не радовала. Убит невинный человек. Молодая женщина получила невообразимую травму. Имен других соучастников мы не узнали, зато знали, что дальше будет только хуже.

— Что ты с ним делаешь?

Он опустил тело на траву.

— Оставлю так. Больше ничего не сделаешь. Приедут на пожар, найдут и его. Похоронят как следует. Только это ему и осталось.

Бросать так покойника выглядело бездушием, но в действиях Кости была логика, а не равнодушие. Мы уже ничем не могли ему помочь. Даже если бы подбросили к больнице с запиской, его родных это бы не утешило.

53